Поговорим о хаосе. Представитель хаоса он кто и чем занят?

Прежде всего могу сообщить, что хаос бывает очень разный. И также хаос про искусства превращений. Представители хаоса мастера превращаться самыми разными способами и методами. Отличаются они прежде всего именно этим – какие превращения в чести, на чем специализируются.

Основное, но в то же время старинное разделение хаоса включало в себя две больших группы – волшебники и колдуны.

Волшебный хаос представлял из себя миры, где под каждое действие была форма. Аналоги сидения, стояния, пения, отдыха, и самых разных движений требовали превращений. Формы волшебного хаоса отличались изяществом с уклоном в миниатюрность. Прекрасные здания волшебного хаоса тоже требовали превращений, например. Вы бы не смогли подняться там по лестнице, так как каждая ступень была превращением, требовала нужного изменения формы. Волшебный хаос, внезапно, располагался относительно недалеко от космоса, где мы имеем несчастье прозябать.

Колдовской хаос специализировался на масштабных превращениях, комбинациях разных форм. Превращения колдовского хаоса больше подходят для перемещения по густым областям пространств.

Третий вид здесь это чародеи – старцы хаоса, которые совмещают волшебство и колдовство хаоса. Уровень продвинутый, говоря простыми словами.

Среди огромного количества превращений, доступных хаосу, есть те, которые требуют допообразования и не каждый чародей будет с ними связываться. Например, превратиться в газовую плиту и вылазить из нее в виде духа. Сложная форма, на такой убиться легко и не каждому старцу чародею оно может понадобиться. Такие превращения близки к умениям Изначального хаоса. С возрастом каждый житель хаоса хоть что – то да использует из умений базы, который изначальный хаос и является, но погружаться в эту прекрасную среду мечтает отнюдь не всякий. Кстати, попыток изобразить хаос или что – то хаотическое на физе не густо. Я, например, часто натыкалась на изображение с перьями и глазами. Такие изображения выглядят как алхимическая гравюра, и, обычно, там где – то в сводах алхимии их можно и найти. Так вот, такие изображения это про изначальный хаос.

Неоднократно я задумывалась об отношении к хаосу на физе. Тут говорят, из хаоса все вышло, но в то же время хаос тут это такая страшилка, он все рушит и пожирает. Наконец – то я сообразила откуда такое может взяться.

В старые добрые времена, когда трава была зеленее, в момент, когда конкретное измерение изнашивалось, его аккуратно и грамотно утилизировали. Занимались этим представители изначального хаоса. Сама стихия в виде жидкости подступала в такое измерение и очищала его, размывая на компоненты. Дело это не всегда шло гладко. В измерении обычно могли попадаться очень сложные места, где слой за слоем, с выпиранием в разные пространства, складировались участки проживания разных особо задротствующих магов. Такие участки жидкая стихия хаоса не брала. Их разбирали вручную представители изначального хаоса. Такие сложные участки называли анафема, и это не имеет отношения к церковному значению этого слова. На анафемах особо крупных размеров порой работал специальный представитель хаоса архидокс. Так как демонтаж измерения, а еще и не одного, это нечто вроде конца света, то архидокс нырял в анафему и находил сокрытые там предметы, которые были спрятаны для сокрытия неких преступлений, произошедших в измерении. Архидокс искал и распутывал дела о преступлениях, а также места, где еще могут быть следы свершенных злодеяний, которые жидкая стихия хаоса может поглотить. Архидоксу нужно было успеть до полного демонтажа измерения. Если он работал на анафеме на стыке многих измерений, ему приходилось владеть знаниями о законах всех этих измерений, и искать возможности и поводы узнать что – то для расследования. Подступиться к аристократам, спешно собирающим свои вещи и готовящимся к переселению, было не так – то просто. Но такое было в старые времена. Потом хаос стал выглядеть все же иначе.

И немного о географии.  Наш космос находится на юго – востоке хаоса, в месте, где полно пустот, хаоса не так то много, а если и есть, то выглядит он по старинке. Сам по себе юго – восток хаоса очень давно носит дурную славу, тянет отсюда многочисленными бедами и горем. Когда – то давно, с некоего неведомого момента, в этих пределах происходила одна трагедия за другой. Такие трагедии о погибших измерениях называют павшей эпохой. Их было тут так много, что все их можно объединить в одну большую павшую эпоху.

Всем демонтажа, а не трагедий.

Liri Kavvira